- Мама, в дверях стоит какой-то мужчина.
- Что он хочет?
- Собирает пожертвования на строительство бассейна. Что ему дать?
- Три ведра воды, сынок.

Раввин собирал пожертвования. Ехал лесом, а тут – разбойник: кошелек или
жизнь! Раввин говорит: отдам тебе все, но прежде исполни просьбу: вдруг
народ не поверит, что на меня напали - прострели мне шляпу! Разбойник
выстрелил. Осмотрел раввин дырку: не годится, скажут - за ветку
зацепился. Еще пальни сюда и сюда.
Разбойник выстрелил. Еще стреляй, требует раввин. Хватит, отвечает
разбойник, пуль больше нет. Тут раввин его и связал! Разбойник злится:
нельзя полагаться на еврея - непременно обманет!
(Журнал "Лехаим" N 3, 2005)

- Моя девушка взвешивалась на весах. После разочаровалась и ей пришла гениальная идея: взвеситься втянув живот. И с радостным криком: "Ура! Меньше на полкилограмма!" бегала по комнате моя блондинка.
- Втянуть живот на весах - это фигня. Я вот раз в лифте, когда лампочка перегруза загорелась, ляпнул - надо всем поднять одну ногу! - Так даже зам главного поднял. Так что не трогайте блондинок.

Как то к Моисею,который думал,как вывести свой народ из Египта,подошел человек и сказал
- Мойша,давай сделаем так:ты подведешь народ к Красному морю ,оно раздвинется, вы пройдете,а потом его воды сомкнутся.
- Очень рискованно.А что я с этого буду иметь?
Много не обещаю. Но публикацию в Ветхом Завете гарантирую.

Вечерняя поверка на подводной лодке:
— Иванов?
— Я!
— Петров?
— Я!
— Сидоров?
— …
— Сидоров!
— …
— Сидоров!
— Ну я.
— Уф! (Облегченно) А куда ты денешься…

Лекция по физике. Лектор рассказывает о радиации:
— Вот вы тут говорите: "радиация, радиация…", а между прочим, многие моряки годами не вылезают из атомных подводных лодок, а их жены тем временем рожают совершенно нормальных детей!

Сталкиваются в Атлантике две подлодки — русская и американская. Всплыли, капитаны вылезли на мостики.
Американец кричит в мегафон:
— Who are you?
Русский:
— Кто х*й?! Я?! Центральный пост — торпедная атака!

Всплывают две подводных лодки у берегов Северной Америки. Капитаны выходят на мостики, и один говорит другому:
— Хэлло, кэптэн, гоу ту зэ кубрык варэныки йисты.
А другой ему отвечает:
— Олл райт, Сэмэн. Зараз прыйду.

— Вот это меня плющит… — выдавил из себя аквалангист, выплывая из люка подводной лодки на глубине 2 километра.

Плохая_девочка, или Путь к мечте

Сказала бы, что это баба-медоед, но габариты не те. Это баба-гризли. Так ее и звали.
Жила-была в США, в штате Монтана, черная девушка Мэри Филдс. Родилась в 1832 году, отец у нее был рабом на плантации, а мать — служанкой. Выросла она прехорошенькой, особенно фигурка удалась: рост под два метра, и 90 кило сплошных мышц. Характер у Мэри был под стать рельефу: она очень не любила, когда ее обижали. Ни одна женщина, конечно, такое не любит, но у Мэри был охуенный аргумент против обидчиков: она била сразу насмерть.
Так что в 1865 году хозяева Мэри с отменой рабства напились на радостях, что наконец от нее отделаются, и отпустили на все четыре стороны.
— Вот и заебись, — резюмировала Мэри. — Наконец-то свобода настала.
Прикупила сигар и отправилась бухать в салун.
— Проститутка? — встретил ее хозяин салуна.
— Ты как, сука, разговариваешь с честной черной девушкой? — возмутилась Мэри. — Я освобожденная рабыня Юга, а ты просто невнятный пидорас.
— Тогда тебе сюда нельзя, — пояснил хозяин. — В салун можно только мужикам и проституткам.
— Нихуя не поняла, — удивилась Мэри. — Раньше было неграм нельзя. А нас освободили.
— Так то негров освободили, — заржал хозяин. — А баб мы не освобождали. Они так и остались порабощенные. Хочешь в салун — становись проституткой. Правда, не знаю, кто на тебя позарится…
— Хуево быть бабой, — уяснила Мэри.
И переоделась в штаны с рубахой, а на голову картуз напялила. Еще немного подумала, и нанялась кочегаром на пароход «Роберт Ли». Кидала уголь и отбивалась от грабителей. Потом работала каменщиком, плотником — короче, везде наравне с мужиками. Так уж ей самогон и вискарь нравились — выпьет литр с утра, и ну камень класть. Всем, кто пытался в ней усмотреть бабу и пощупать сиськи, Мэри била ебло. В итоге ее ужасно зауважали, и прозвали Нигер Мэри или Гризли. Но в салуны все равно не пускали.
Однажды на стройку пришла дама в монашеском облачении, и говорит:
— Здравствуйте, уважаемая Мэри Гризли. Я настоятельница Амадея, хочу пригласить вас в монастырь, присматривать за индейскими девочками-сиротками.
Рабочие дружно заржали, а Мэри решила:
— Ну а чо, дело богоугодное. Раз в салуны все равно не пускают, пойду в монастырь. Воспитаю сироток.
И стала работать в женском монастыре. Пахала прорабом, пиздила и строила рабочих, а в свободное время огранизовывала встречу грабителей, насильников и прочих бандитов, которые в огромном количестве искали поживу в монастыре.
— Сироток, блядь, обидеть каждый может, — рассудительно приговаривала Мэри, разряжая в гостей дробовик. — Но господь в моем лице этого не допустит, слышите вы, мудачье сраное? И подумать только: таких козлов пускают в салуны, а меня нет!
Амадея была страшно довольна таким приобретением, и все было бы хорошо, не прознай о Мэри епископ округа. Приехал в монастырь, понаблюдал и позвал Гризли на беседу.
— Ничуть не сомневаюсь, дочь моя, что ты истинная христианка, — тонко начал он разговор.
— Ну а хули ж, — кивнула Мэри.
— И то, что ты, дочь моя, материшь сироток во все корки, может, еще и ничего…
— Им это в жизни пригодится, — попыхивая сигарой, сказала Мэри.
— Да, и сигары тоже еще терпимо, дочь моя — в конце концов, от них моль дохнет. Вместе с сиротками, правда. Но ладно…
— Сигары штука нужная, — согласилась Мэри.
— Да. Так вот. Я бы даже стерпел, дочь моя, что в монастыре работает женщина в штанах, да еще и бухая с самого утра.
— А для чего ж еще монастырь нужен, — подтвердила Мэри. — В салун мне нельзя, приходится в монастыре бухать. И работа тут тяжелая. Молока за вредность не дают, вот и компенсирую стресс самогонкой.
— Это все мелочи, — вздохнул епископ. — Но нахуя ты, дочь моя, прострелила ноги нашему каменщику?
— Плохо себя вел, — пожала плечами Мэри.
— Сейчас он себя ведет очень хорошо. Тихий такой лежит, — согласился епископ. — Но вот камень класть не может. Я уж не вспоминаю, как ты устроила дебош в соседней деревне, и перебила там всех мужиков.
— А хули они меня в салун не пускали?
— В общем, дочь моя, придется тебе уволиться без выходного пособия.
И Мэри в 63 года оказалась безработной.
— Эх, стара я стала, надо найти местечко поспокойнее, — сказала она, и увидела объявление:
«Внимание, открыты вакансии! Почте штата Монтана требуются новые водители дилижансов, взамен убитых бандитами и сожранных волками. Соцпакета нет, похороны за счет государства».
— О, ну вот, это по мне работёнка, — обрадовалась Мэри.
Явилась к почтовому начальству, и говорит:
— Нанимайте.
— Да ты ж баба, — удивляется начальство. — Еще и немолодая.
— Вам меня в борще варить, что ли? — закусив сигару, уточнила Мэри. — Нет? Так берите и не выебывайтесь, все равно работать у вас некому.
Начальство репу почесало и согласилось: может, хоть один дилижанс на место доставит, пока ее не грохнут.
— Только у меня условие, — добавила Мэри. — Трезвая работать не буду.
Начальство вздохнуло, назначило ее в город Каскад, и сразу выписало бабло на похороны. Однако Мэри проработала на почте 10 лет. За это время она ни разу не была трезвой и не потеряла ни одной посылки. Во время нападений отстреливалась из дробовика, и перехуячила больше бандитов, чем любой ковбой в вестерне. Если подстреливали лошадь, Мэри сначала мочила грабителей, потом волокла посылки на себе. Волков она вообще перебила без счету.
Уважал ее народ безмерно, и дал прозвище Мэри-Дилижанс. В 72 года она вышла на пенсию, явилась к мэру, и говорит:
— Ну чо, блядь, теперь меня в салун наконец пустят? Или мне весь ваш городишко расхуячить?
— Я ваш фанат, мадам Дилижанс, — ответил мэр.
И издал специальный приказ, чтобы Мэри пускали во все салуны. Наконец сбылась мечта пожилой негритянки. Она была абсолютно счастлива: каждое утро шла в салун, бухала, курила сигары, а к вечеру разбивала пару ебал тем, кто неуважительно к ней относился. Но неуважение рисковали проявлять только приезжие, местные Мэри Дилижанс обожали. Она вообще была достопримечательностью города.
Умерла Мэри в 82 года, потому что у нее наконец отказала печень от вискаря.

Мораль такая: настоящая женщина ради мечты горы свернет. Даже если это всего лишь мечта о салуне. )))

© Диана Удовиченко

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A4%D0%B8%D0%BB%D0%B4%D1%81,_%D0%9C%D1%8D%D1%80%D0%B8

— Почему французы жадные?
— Это жаба давит их, мстя за лягушек!

Интересно, как пахнет французский нашатырный спирт?

Двое французов сидят в кафе. Вдруг раздается вой пожарной сирены. Один другому говорит:
— Извини, Жак, но мне пора: долг меня зовет.
— Как? Ты что, добровольный пожарник?
— Я-то нет, а вот муж Натали — да.

Проснулась внезапно...
Так захотелось сделать себе дежёонэ (petit djeuner): чашечку ароматного кофе и круасан с конфитюром... И, не медля, ехать на вокзал к утреннему пoезду до Вены или Парижа, всё равно к какому, который уходит раньше… В скромном дорожном платье, налегке, с oдним саквояжем, даже бриллиантов не брать. Там, вероятно, дождливо и прохладно. Не забыть зонт и манто...
***
Сварила и съела штук 20 пельменей. Отпустило. Поехала на работу...

В кои веки школе выделили деньги на ремонт. Сегодня наконец-то окончились торги и определился подрядчик.
Вроде бы надо радоваться, а на душе как-то тревожно. И главное непонятно откуда эта тревога взялась. У подрядчика все документы в порядке. Вот свидетельство предпринимателя, вот и паспорт. Тут вообще все в порядке: место рождения: город Ленинабад Таджикской ССР. И имя с фамилией нормальные: Джумаев Джамшут Равшанович.
Что же меня так тревожит?

НАЧАТА РЕГИСТРАЦИЯ ЖЕЛАЮЩИХ ПОКИНУТЬ ИЗРАИЛЬ.
- Здравствуйте, здесь подают документы на эмиграцию из Израиля?
- Да, прохотите пошалуйста.
- У вас акцент – разве это не российское посольство?
- Нет.
- А это к вам можно эмигрировать?
- Да. Я вас записываю. Фамилия, имя…
- Погодите, мне нужно сначала кое-что выяснить. А это не розыгрыш?
- Нет.
- Я не уроженец Израиля. Это не имеет значения?
- Не имеет.
- Сколько стоит эмиграция к вам?
- Это безплатно.
- Но вы берете за регистрацию?
- Нет. Записываю вас. Сколько тшеловек в семье?
- Погодите. А что это за страна?
- Опландия.
- Опландия? Что-то я такой не знаю. А где она находится?
- В Европе.
- Не слышал.
- Мы – небольшая страна. У нас никогда нитшего вашного не происходит, о нас не сообщают в новостях.
- Ладно. В Европе любая страна подойдет. А много уже записалось на эмиграцию к вам?
- Это конфиденциальная информация.
- Значит, мало…
- Я этого не сказал.
- Или наоборот, очень много? Правильно? Угадал?
- Нам запрещено говорить на эту тему.
- А почему вы принимаете эмигрантов?
- У нас резко сокраштяется население. Записываю: Вы, супруга – дети есть?
- Двое. Погодите. У меня еще есть вопросы. А у вас выделяют квартиры?
- Вам сколько комнат?
- Я хочу выбрать. С видом на море.
- На озеро.
- Но я хочу квартиру в столице. Я не могу жить на периферии, я в эту исрульскую провинцию из самого Саранска приехал.
- У нас всего один город, и он – столица. Какой эташ хотите?
- А какой у вас есть?
- Любой.
- Первый.
- Запи…
- Нет, лучше – последний. С выходом на крышу. А можно потом поменять, если не понравится?
- Только через пять лет.
- Бюрократы долбанные. Вы работу предоставляете? Не охранником, а по профессии?
- У вас какая профессия?
- У меня советский диплом. Экономиста. В вашей стране я буду считаться доктором. Знаете ведь, какой высокий уровень был в Союзе.
- Тогда с работой проблем не будет. Только нужно знать языки. Английский.
- На хрен мне английский? У меня русский отличный. Могу на иврите немного.
- Иврит у нас не в ходу.
- Это хорошо. А машину можно приобрести по льготе, без таможенного сбора?
- Первая машина выделяется безплатно.
- Ух ты! А можно – "тойоту"?! Или это слишком?
- Записываю – "тойота". Какого цвета?
- Да погоди ты с цветом! И "мерс" можно?
- Записываю – "Мерседес". Черный. Другого цвета нет.
- А можно – два? Жена права здесь получит.
- Два нельзя.
- Послушай, а как у вас с марокканцами?
- В каком смысле?
- Эти чернозадые у меня вот где сидят! Ненавижу! У вас там марокканцы есть?
- Одна. Жена нашего наследного принца – племянница короля Марокко.
- Так у вас – монархия?
- Просвещенная.
- А конституция у вас есть? В страну без конституции меня больше не заманишь. Нажрался этой дикости здесь.
- Конституция есть.
- Это хорошо.
- Знатшит, записываю – тшетыре тшеловека.
- Погоди, меня так легко не заполучить. У вас хоть культурная страна? А то чё менять шило на мыло. Мне здешнее бескультурье уже в печенках.
- Записываю: в корзину интеграции включить абонементы в Оперный на три сезона.
- Нет, погоди. Я должен подумать. Может, это за счет других льгот. На хрена мне эта твоя филармонь. Я и здесь на нее не хожу. Можно вместо оперы – абонемент в СПА?
- Мошно. Значит, семейный абонемент в кантри-клаб.
- А можно еще один – личный? Может, с телкой захочется пойти.
- Нельзя.
- Черт. Культурка у вас. Одно название. А можно получить статус политического беженца? Это же дает дополнительные льготы?
- Мошно. За што подвергались преследованиям?
- Я писал критику на здешних политиков. Разоблачал коррупцию и продажность.
- Вы – шурналист?
- Нет. Пишу в Фейсбуке, что на душе накипело.
- Каких политиков конкретно критиковали?
- Зачем – конкретно? Всех! Все они продажные. И имен не нужно. А то ведь еще и посадят.
- В каких газетах, сайтах публикофали свои статьи?
- Да не публиковал. Только в Фейсбуке и Одноклассниках. Я посылаю в сайты – а меня в корзину. И на Фейсбуке обложили: никому не показывают мои посты. Два-три лайка за целый день. Ясно, что не показывают народу.
- Вы сказали, што вас преследовали. Как так, если не публикофали?
- Так они и без публикации знают, что я отношусь критически. Думаете, почему никуда на приличную работу не берут? У них во всех редакциях свои люди. Мой телефон точно прослушивают. Так я нарочно, когда говорю по телефону – мат на мате. Чтобы ихние слухачи одурели.
- Если хотите статус полититшеского бешенца, нужно привести факты. Формальность, понимаете ли.
- Да это же все знают! Здесь таких как я преследуют. Каждый день.
- Нушны конкретные факты.
- Недавно меня обозвали "русским".
- А вы – не русский?
- Почему, я русский. В принципе, я еврей, но я из России, "русский", как здесь говорят.
- Што ше вас обидело?
- Вы там что, не знаете, что здесь русских преследуют? Недавно одного русского засудили, повесили на него убийство девочки. Сами убили, а на него повесили. Вышку дали.
- А он не убивал?
- Конечно, нет! Он же русский! Я собственными глазами видел, как он не убивал.
- Без фактов статус полутшить нельзя.
- Слушай, друг, я этих гадов на дух не переношу! Ненавижу всех! Заманили, работать тяжело заставляют, пособия – гроши, и каждый норовит надуть, за твой счет прокатиться.
- Работать придется и у нас.
- Хреново мне здесь живется. Хреново. Жена, стерва, вчера курить запретила - сигареты опять подорожали.
- Значит, вы записались: вы, супруга, двое детей…
- Да погоди ты. У меня еще вопросы. Что вы заставляете делать эмигрантов?
- У нас свободная страна.
- Что, никаких обязанностей?
- Как у всех граждан.
- Какие?
- Мы молимся пять раз в день.
- Как?! У вас – ислам?!
- Нет. Каждый гражданин обязан носить на груди большой крест.
- А, так вы христиане.
- Нет. Крест у нас особой формы. Вот такой.
- Ну, крест это ничего. Даже симпатичный. Все не кипа дурацкая. А можно, если не понравится, обратно сюда податься?
- Нельзя. Израиль не принимает эмигрантов из Опландии.
- Что?! И о самом главном ты молчишь? Думал, на дурака напал? Да с этого нужно было начинать! Ты давай, вычеркивай меня из списка. Во, контора, а? А друганы с работы: "Единственный шанс, все записываются…" Что-то не вижу очереди у вашего подъезда. Оревуар. Привет Гопландии. Дурака нашли. Вымрете скоро все.
Автор сатиры - писатель Юрий Моор ( Мурадов).

Разница между чужим мнением и пиццей в том, что пиццу я заказывал.

Я - автор своей судьбы. К сожалению, писать приходиться ручкой, а потому нет возможности незаметно исправить все свои ошибки.

Вернувшись домой на час раньше, я обнаружил ужасное - жене варить борщ ещё час.

Парк. Утро. Пробежка.
Вдруг меня обгоняет девица. Любуюсь на ее круглую задницу, думаю: «Обгоню, посмотрю, кто такая!». Девице, оказывается, больше 40. Несется, как шустрая козочка.
Ресторан. Вечер.
Читаю меню. Вдруг в мой «кадр» попадают женские ноги: облегающие джинсы, тяжелые зеленые «мартензы». Что за модная красотка? Поднимаю глаза. Красотке лет 50.
Такого никогда не было. После пятидесяти вечная женская участь – пирожки, внуки, вязание, тихое угасание под радио «Маяк». И слово «бабушка» как приговор. Сиди, тётка, не рыпайся. Твой век миновал, глазей в окошко на молодых, корми голубей, молча плачь в свою авоську.
И вдруг они как выскочат, как выпрыгнут! Крутые. Им за пятьдесят.
Они спортивны, веселы, угарны. Их юность пришлась на 1980-е, тогда они вдохнули веселящего газа свободы и до сих пор летают и резвятся. «Пили всю ночь, гуляли всю ночь до утра», как примерно пел Цой.
Маникюр и педикюр – обязательно. Косметолога и парикмахера не пропустит ни за что. Она бодрее, здоровее и круче своей молодой дочери. Крутые бабки – феномен нашего времени. Они собой довольны. А если и недовольны, подмигивают себе в зеркало и – шмыг за дверь. Вперед, в театр, на тусовку, на спорт!
На модных выставках сплошь – тем, кому за 40 . Молодых мало, молодые смотрят сериалы или гипнотизируют компьютер.
Крутые бабки везде успевают. В юности у них было не так много забав, они теперь догоняют. У них ровное дыхание, горячее сердце, насмешливый взгляд.
У них за плечами – трагедии, потери, несчастья. Измены мужа, скандалы с детьми, первые морщины. «О, боже, нет!»
А теперь всё отболело, дети очень взрослые. Морщины? Ну не сходить же с ума от них. Они не делают пластические операции, они не сумасшедшие. Хотя кремчики утром и на ночь – святое. И волосы подкрасить – может, рыжей стать?Они лихо наряжаются. И не выглядят нелепо. Нелепо можно выглядеть в молодости: дурацкая сумка, дешевое платье, немодные джинсы. В молодости вся эта чепуха важна. У тебя «контракт» с обществом, ты должна вписываться в каноны, регламент, протокол. Ты – социальный планктон.
Когда тебе за пятьдесят – контракт разрывается. Как сказала мудрая Изабелла Росселлини, «Возраст – это свобода!».
Ты уже никому ничего не должна, ты живешь, как тебе хочется, ты – свободна. Тебе плевать, будут ли мужики пялиться на твою задницу, тебе начхать, что скажут занудные подруги. Рыжие кудри, цветастое платье, кеды. «О, моя маленькая бейба!», как пел Сукачев. И, черт возьми, в этой свободе, в этом смехе, в этой развинченной походке сексуальности больше, чем вон в той юной полногрудой цыпочке, которая сидит в ресторане и глядится ежеминутно в смартфон: как помада, как челочка лежит, как реснички хлопают? Цыпочка головой шевельнуть боится, цыпочка вся на нервах, цыпочка себя продает. Она на «контракте».
А рядом сидят три крутых леди, пьют вино и хохочут.
У них впереди веселый вечер. У них впереди большая интересная жизнь. Пусть и с морщинами.

Девчата, можно я к вам присяду, а?
Хочется угара, а с юными скучно...

Алексей Беляков

*Анекдот года!*
У учительницы первого класса возникли трудности с одним из учеников. Она спросила:
- Что с тобой, мальчик?
Мальчик ответил:
- Я слишком умный для первого класса. Моя сестра в третьем, а я умнее её! Думаю, я тоже должен учиться в третьем!
Для учительницы это было уже слишком. Она повела мальчика к директору и объяснила всю ситуацию. Директор подумал и сказал мальчику:
- Я проведу тест, и если ты не сможешь ответить на какой-нибудь из вопросов, то вернёшься обратно в первый класс, и будешь вести себя хорошо.
Мальчик согласился.
- Сколько будет 3 x 3?
- 9
- Сколько будет 6 x 6?
- 36
И так было с каждым вопросом, на который, по мнению директора, третьеклассник должен знать ответ. Тогда директор повернулся к учительнице и сказал:
- Думаю, мальчик может пойти в третий класс.
Тогда преподавательница ответила:
- У меня тоже есть свои вопросы: "Что есть у коровы в количестве 4, а у меня только 2?"
Мальчик, после паузы ответил:
- Ноги.
- А что есть такого в твоих брюках, чего нет в моих?
- Карманы.
- Что делает мужчина - стоя, женщина - сидя, а пес - на трех лапах?
Теперь глаза директора на самом деле выпучились широко, но прежде чем он успел, что-то сказать, мальчик ответил:
- Подает руку.
- Какое слово в английском языке начинается с F и заканчивается на K и означает много жара и волнений?
- Firetruck (Пожарка).
- Какое слово начинается с F и заканчивается на K? Если этого нет, тебе приходится работать руками?
- Fork (Вилка).
- Это есть у всех мужчин, у кого-то это длиннее, у кого-то короче.
Мужчина дает это своей жене, после свадьбы?
- Фамилия.
- У какого органа нет костей, есть мышцы и много вен. Он пульсирует и отвечает за занятия любовью?
- Сердце.
Директор с облегчением выдохнул и сказал учительнице:
- Отправьте его на х*й в Гарвард! На последние 7 вопросов я сам ответил неправильно.